malutka_du
[Свежие записи][Архив][Друзья][Личная информация]
Below are the 20 most recent journal entries recorded in the "malutka_du" journal:[<< Previous 20 entries]
|
01:07 pm
[ссылка] |
collapses
Во вчерашнем матче как в зеркале с потрясающей точностью отразилась вся современная Россия.
Сидит национальный лидер. У его ног бегает команда придворных политтехнологов, с которой связана ПОСЛЕДНЯЯ И ЕДИНСТВЕННАЯ НАДЕЖДА на успех совершенно безнадежного дела.
Ни один из членов команды не заинтересован в том, чтобы лезть из кожи вон. У всех контракты на стороне, поэтому политтехнонологи предпочитают беречь силы и ограничиваться имитацией бурной деятельности.
Руководит командой приглашенный из неметчины варяг – как при реформаторе Петре I, когда остро не хватало собственных модернизаторов. Его задача – заставить команду сплотить патриотические ошметки нации, доказать, что для России не все потеряно, и есть еще порох в пороховницах.
Национальный лидер с улыбкой наблюдает, как команда и ее руководитель не в силах справиться с поставленной задачей. А ведь несколько дней назад, обращаясь к нации, он объявил о предстоящих межгалактических полетах во сне и наяву, поэтому как никогда нуждается в поддержке со стороны подданных.
И вдруг с таким трудом выстроенная пропагандистская конструкция торжественно рассыпалась на глазах патриотических сил.
Дед плачет, баба плачет. Во что теперь верить народу? Какой проект способен сплотить нацию вокруг ее лидера?
Проблема в том, что другой команды и других проектов, способных спровоцировать «народ» завернуться в государственные флаги и, размахивая пивными бутылками, в едином порыве выйти на улицу с воплями «Россия, вперед!», в загашнике национального лидера нет.
Конечно, еще остались «Дом-2», Comedy Club и прочая явно второсортная по эффективности воздействия на широкие массы телемутотень. Ведь по сравнению с футболом у развлекательных передач слишком меркантильная аудитория, которую изображать верноподданическую истерику бесплатно не заставишь.
А курочка кудахчет. Не плачь, дед. Не плачь, баба. Берите пример с национального лидера, который при виде национальной катастрофы ничуть не огорчился. Улыбнулся, сказал пару банальных фраз и полетел лидерствовать дальше.
Ничего не изменилось. Во всяком случае никому хуже не стало. На следующее утро народ вернулся к привычным занятиям – делать деньги, бороться за выживание, воровать, служить в милиции, пить или колоться. Политтехнологи разъехались по заграницам, где продолжат забивать свои миллионы. Даже заморского тренера после увольнения наверняка пригласят в какой-нибудь зарубежный антисоветский центр читать лекции об особенностях русского национального характера эпохи Путина.
А если все участники шоу по-прежнему при деле – значит, еще не вечер, и шоу маст гоу он.
|
|
09:07 pm
[ссылка] |
голосуй – не голосуй
Случайно узнал, что идет голосование. Нужно выбрать пять фамилий:
http://www.openspace.ru/votes/details/13323/?action=vote
Решил поддержать достойных. Поставил галочки (по алфавиту) возле Белковского, Галковского, Лимонова, Новодворской и, естественно, Пелевина.
Если бы предложили отметить кого-то одного, выбрал бы Пелевина.
Своего кандидата предлагать не стал, чтобы не метать бисер.
|
|
11:18 pm
[ссылка] |
приятелю юношеских лет Юре Гинзбургу посвящается
На днях ночью как всегда во время бессонницы перескакивал с канала на канал и наткнулся на «Восемь с половиной». Хотел по привычке переключить, потому что с гораздо большим удовольствием пересмотрел бы свою любимую «Сладкую жизнь» (по сравнению с ней «8 1/2» для меня вторичен). Однако решил досмотреть глазами современного поколения – оценивая с точки зрения продвинутого молодого человека начала XXI века.
Вжился в образ, и сразу посыпались вопросы. Что хотел сказать режиссер? Зачем вообще снимал? А главное – почему старшее поколение интеллектуалов считает фильм «культовым»?
Объяснение единственное и простое. Фильм целиком и полностью построен на рефлексии. А современное поколение вообще не знает, что такое рефлексировать.
Та же проблема – преобладание рефлексии, ставка на рефлексию – объясняет, почему «интеллектуальное» искусство ХХ века не может быть воспринято интеллектуалами XXI века.
Весь интеллектуализм прошлого века (вплоть до самых радикальных – фашистских или коммунистических – проявлений) был основан на рефлексии. Даже кровавые диктаторы периодически впадали в самокопание и прочие «мучительные размышления» на тему, оправдывает ли цель средства, не далеко ли я зашел и какова будет расплата. Современные национальные лидеры такими пустяками не заморачиваются. Им все ясно заранее – подчас кажется, что еще задолго до рождения.
Специфика современного интеллектуализма в том, что он начисто лишен рефлексии. Я уже много лет не встречал продвинутого молодого человека, которого бы мучили сомнения выше бытового уровня (типа брать или нет зонтик в пасмурную погоду).
Именно способность к рефлексии, симпатии и любовь к ней и стали непреодолимой пропастью, разделившей «человеческое» и новейшее времяисчесление.
Современный интеллектуализм делает ставку на абсолютную, тотальную уверенность в себе, самоуверенность. Если раньше публика симпатизировала людям, которые публично делились своими сомнениями, то сегодня человека, претендующего на духовное или политическое лидерство, просто не поймут, если он не умеет изрекать прописные истины так, чтобы не оставить аудитории ни малейшего шанса для возражений.
Сегодня погоду на всех уровнях определяют не ценители итальянского неореализма, а потребители телесериалов, где начисто отсутствует рефлексия, а герои уверенно идут к поставленной цели и добиваются своего, преодолевая самые непреодолимые препятствия.
Так что представители старшего поколения напрасно возмущаются «плохой игрой» современных актеров. Дело не в нехватке таланта, а в полном отсутствии у героев сериалов даже намека на рефлексию. Если зритель не испытывает потребности наслаждаться рефлексией, зачем режиссеру грести против течения. По той же причине персонажей прошлого сегодня тоже подают как носителей более чем прямолинейных характеров. Таковы запросы аудитории. А ведь именно по способности рефлексировать (или убедительно изображать рефлексию) и определялся в ХХ веке уровень актерского мастерства. Актер, как и искусство в целом, не более чем зеркало общественных трендов.
«Смерть рефлексии» и вступление цивилизации в пострефлексионную эру подтверждает, что на наших глазах завершился процесс формирования поколения непробиваемых сверхлюдей, которые всерьез и надолго захватили власть. Диалог с ними (как и любой диалог в современном обществе вообще) абсолютно невозможен (не говоря уже о его полнейшей бесперспективности) – даже бессмысленно пытаться его начинать.
Причем вовсе не потому, что кто-то принципиально против. Вовсе нет. Отнюдь. Все обеими руками за. Только вот незадача. Современное поколение не знает и в силу своего ментально-психического устройства вообще не способно понять, что такое диалог.
|
|
01:55 am
[ссылка] |
и о погоде
Сегодня самым весомым фактором престижности стал климат.
Есть ли у человека возможность с октября по май, когда московская погода превращается в депрессивное месиво, переселиться в более приспособленные для жизни широты – например, куда-нибудь на Гоа.
У кого такой возможности нет – значит, тот ничего не стоит – несмотря на все его миллионы.
К тому же климат идеально проверяет человека на утонченность. Если кто-то способен выживать в таких погодных условиях, как сейчас в Москве, тот грубый и неотесанный плебей.
В Москве вообще качество жизни неуклонно ухудшается, а климат и вовсе делает ее непригодной даже для кратковременного пребывания.
На самом деле климат перечеркивает весь потенциальный позитив Москвы. Даже если допустить, что у нас когда-нибудь будет идеальная власть. Что толку, если климат останется таким, как сейчас. Все равно при малейшей возможности придется уезжать куда подальше.
И наоборот. Если бы Москва была островом в теплом океане, где круглый год светит солнце и температура не опускается ниже 30 градусов, я бы даже смирился с нынешним режимом.
А то уж слишком большая нагрузка на психику – и власть, и климат.
Сплошные отрицательные эмоции. Сущий ад.
|
|
10:17 pm
[ссылка] |
regrets
В 60-е годы непризнанная и неприкаянная богема распознавала успешных по исходящему от них запаху несвободы и противопоставляла себя им.
Для успешных поучаствовать в богемном застолье было высшим счастьем.
Поэтому мы вошли в историю как непризнанные и неприкаянные рыцари Свободы.
Сегодня старики утратили нюх, а молодые его не обрели.
Демократические 90-е сыграли с богемой злую шутку – слишком многие бывшие единомышленники стали успешными и перестали быть свободными.
Успешный в принципе не может быть свободным, а значит и моим единомышленником.
Да и многие успешные научились ловко прикидываться «своими».
Я тоже расслабился и потерял бдительность. Дошел до того, что иногда запросто выпиваю за одним столом с перерожденцами.
Забываю, что непризнанному и неприкаянному не место среди успешных, а Facebook не имеет ничего общего с богемой.
|
02:32 am
[ссылка] |
déjà vu
До сих пор ни разу не слушал президентские послания от и до. Позднее из различных комментариев всякий раз убеждался, что был прав. Ничего цепляющего в них не было. Привычная демагогия.
Нынешнее впервые решил послушать. Интуиция подсказала, что оно того стоит. Не разочаровался.
Даже местами захватывало дух. Естественно, не от масштабности замаха, а от предвкушения высоты, с которой кому-то придется шмякнуться об землю.
Почувствовал себя в 1961 году, когда Хрущев выступал на XXII съезде КПСС с докладом по случаю принятия Программы КПСС.
Партия торжественно провозглашает: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!
Если кто забыл, напоминаю:
В ближайшее десятилетие (1961–1970 гг.) Советский Союз, создавая материально-техническую базу коммунизма, превзойдет по производству продукции на душу населения наиболее мощную и богатую страну капитализма – США; значительно поднимется материальное благосостояние и культурно-технический уровень трудящихся, всем будет обеспечен материальный достаток; все колхозы и совхозы превратятся в высокопроизводительные и высокодоходные хозяйства; в основном будут удовлетворены потребности советских людей в благоустроенных жилищах; исчезнет тяжелый физический труд; СССР станет страной самого короткого рабочего дня.
В итоге второго десятилетия (1971–1980 гг.) будет создана материально-техническая база коммунизма, обеспечивающая изобилие материальных и культурных благ для всего населения; советское общество вплотную подойдет к осуществлению принципа распределения по потребностям, произойдет постепенный переход к единой общенародной собственности. Таким образом, в СССР будет в основном построено коммунистическое общество.
Ищите отличия. Сколько найдете – все ваши.
Понятно, что мое поколение после 1980 года на такие штучки не ведется.
Из всего послания твердо поверил только в один пункт. Что во второе десятилетие XXI века Россия войдет с несколько сокращенным количеством часовых поясов.
Остальное – даже не агония, а нечто за гранью жизни и смерти. Попытка власти заставить народ поверить в будущее, которое она давным-давно приватизировала.
У Хрущева хотя бы, пока он развенчивал культ личности, мозги съехали в романтику – как, впрочем, и у всей страны. Поэтому он, будучи авантюристом, решил воспользоваться общественными настроениями и дерзнуть.
Никто ему, конечно, не поверил, но к коммунизму, где все будет даром, отнеслись с теплотой, пониманием и даже весельем.
Во всяком случае без мрачной озлобленности.
После развенчания Сталина возникло целое поколение романтиков, живших надеждой на будущее.
Правда, вскоре выяснилось, что когда любые попытки под демократическими лозунгами раскачать ситуацию, дестабилизировать государство, расколоть общество будут пресекаться, то с будущим получается еще туманнее, чем с коммунизмом.
С трудом верится, что политтехнологи, наскоро перелицевавшие для президента Программу КПСС, на самом деле верят, что Россия 1961-го года ничем не отличается от России 2009-го. Да и Медведев не шибко похож на Хрущева.
За последние полвека сильно изменилась аудитория. В результате неудавшихся социальных экспериментов в стране резко снизился удельный вес дураков (хотя ушлых, наглых и бессовестных стало гораздо больше, чем хотелось бы), а Путин окончательно покончил с романтиками.
Поэтому трудно представить, что кто-то всерьез способен попасться на удочку. Разве что совсем уж голимые дебилы, с которыми даже коммунизм не построишь, а затевать модернизацию тем более опасно.
Выходит, все задумывалось ради того, чтобы через временного управляющего проинформировать работников прачечной о новых захватывающих перспективах и одновременно предупредить о предстоящих сокращениях – в связи с кризисом.
Достанется как всегда по многу, но только самым услужливым.
Сейчас начнется вакханалия новостей в будущем времени. Услышим их даже из утюга. Каждая вотчина постарается отчитаться, что конкретно она преподнесет на блюдечке с голубой каемочкой. Только успевай отстегивать.
Впрочем, нагляднее всего суть проблемы как в зеркале отражалась на «лицах» сидевшей в зале «политической элиты». Советую еще раз приглядеться. Вот где настоящий стыд и позор и лучшее подтверждение, что хуй вам, а не модернизация.
|
|
11:43 pm
[ссылка] |
пенсия (окончание)
В истории с лужковской надбавкой для неработающих пенсионеров СМИ повели себя более чем непрофессионально.
Все издания сосредоточились на 22-х тысячах работавших пенсионеров, которые теперь обязаны вернуть полученные незаконно деньги.
Но не появилось НИ ОДНОЙ ПУБЛИКАЦИИ о том, что столичное правительство тихой сапой, без оформления соответствующего внятного документа отобрало надбавку у всех, кто получает пенсию больше 6800 рублей.
Все «юридическое обоснование» – в этих четырех документах:
http://pfrf.ru/press_center/7772.html
http://www.elcode.ru/hotdoc/5530.html
http://www.mosinform.ru/full_new.shtml?myid=24639&id=20
http://mosinform.ru/news.php?id=23341
В конце октября меня пригласили в УСЗ и сообщили, что лишают надбавки в связи с «увеличением страховой части пенсии на сумму, превышающую размер индексации».
В тот же день все СМИ единодушно утверждали, что надбавок лишают только тех, кто работал, и напрягся, потому что, получая надбавку, не работал ни дня.
На самом деле оказалось, что пострадали не только 22 тысячи работавших, а еще Бог знает сколько таких как я – конечно, во много раз больше, чем 22 тысячи.
СМИ как всегда умолчали о главном.
Лужковские же чиновники, комментируя отмену надбавок, сделали вид, что твоя моя не понимай.
Воспользовались непрофессионализмом журналистов, которые, задавая вопросы, даже не удосужились поинтересоваться сутью проблемы.
Теперь даже в суд на них не подашь. Скажут, что не поняли, о чем хотел спросить журналист.
Впрочем, возможно обе стороны разыграли спектакль.
Особенно должно быть стыдно «либеральному» «Эху Москвы» за профнепригодное интервью с Цоем.
В результате у меня пенсия 9000. С надбавкой выходило 10. С ноября снова стал получать 9.
Пусть подавятся своей «штукой рублей».
|
|
10:22 pm
[ссылка] |
signs
Скука – провокатор любопытства.
Я тут полюбопытствовал, проявил интерес.
Называется Facebook.
Оргазм общения успешных и достаточно известных состоявшихся персонажей.
Попытался включиться. Написал несколько реплик в общую оргию.
Ни одна не обозначилась.
Соответственно, никто не среагировал.
Как бы вступил в сообщество, где меня нет.
Здравствуйте и до свидания.
Подумал, что так тому и быть.
Я же не успешный и не состоявшийся.
Словил кайф от того, что никто даже не заметил моего присутствия.
Высота моды не зависит от того, насколько высока нагая грудь или нага высокая нога.
Не ходи туда, где и без тебя хорошо.
|
|
08:08 pm
[ссылка] |
generation Pelevin
П. дал мастер-класс всем писателям, показав, как и о чем надо писать в XXI веке.
Не беру слово писатели в кавычки, потому что ни одна блоха не плоха. Все черненькие, все прыгают.
Тем не менее рядом с П. никого нет. Даже как-то за него боязно. Опасно так далеко отрываться от масс.
П. – хитрый. Не только стал первым, кто подстроился под требования XXI века, но и застолбил за собой еще несколько обозримых лет. Пока кто-то научится, наш пострел наверняка успеет наметить следующий рубеж.
До Т. для П. оставались недосягаемыми некие сегменты реальности. Готовясь к Т., он их освоил и теперь там как дома.
Отныне можно никого кроме П. не читать. Вся матрешка мироздания – в Т.
В сущности, после П. или Т. больше не осталось загадок.
Как скучно жить.
Не отправиться ли и нам в Солипсическую Оптину Пустынь Соловьев.
Не доедем – так развлечемся в дороге.
|
07:11 pm
[ссылка] |
feast
Сегодня – единственный легитимный праздник.
Праздник праздников и торжество торжеств.
Начало Истории как штурма Будущего.
Точка отсчета.
Все остальные пьянки – по желанию и в зависимости от настроения.
В двумерном мире режима форма обязана соответствовать содержанию.
Поэтому руки прочь от того, что не дано понять.
Если уж перестали считать «праздником», сделайте следующий шаг – уберите все, что напоминает о святом, а не пудрите мозги тем, кто не в курсе.
Революция и умиравшие за Сталина ветераны – две большие, непересекающиеся разницы.
Забудьте, что произошло в красный день календаря.
Лучше всего – вычеркните 7 ноября из календарей. Зазомбируйте подданных так, чтобы у них не вызывало вопросов, почему после 6-го идет 8-е.
Никто же не удивляется, что раз в четыре года бывает 29 февраля.
|
11:30 am
[ссылка] |
закон что дышло
Дорогие друзья!
Если у кого-то есть юридическое образование, подскажите, пожалуйста, как заставить чиновника дать письменное объяснение своим действиям.
И второе. Если кому-то известно о создании инициативной группы, которая собирается подавать в суд за лишение лужковских надбавок к пенсии, также просьба сообщить. Я бы с удовольствием присоединился к такой группе.
К сожалению, на склоне лет приходится осваивать профессию сутяжника. До сих пор ни разу в жизни ни с кем не судился – Господь миловал.
Вчера 6 ноября Управление социальной защиты уведомило меня, что я больше не имею права на лужковскую надбавку к пенсии.
В качестве причины назвали «увеличение страховой части пенсии на сумму, превышающую размер индексации».
Я не понимаю, что это такое, поэтому прослушал чуть ли не все теле- и радиокомментарии представителей мэрии.
Вот, например, информация «Эха Москвы» от 06.11.2009:
Речь идет о восстановлении социальной справедливости, поскольку большое количество пожилых людей получало дополнительные выплаты незаконно, пояснила первый заместитель мэра Людмила Швецова. Швецова подчеркнула, что сокращение социальных выплат касается только работающих пенсионеров.
Дальше в передаче «Разворот» (06.11.09) передали интервью с Цоем:
Е. БУНТМАН: Хорошо. Давайте еще раз проясним ситуацию. Речь идет в любом случае о незаконных надбавках, на которые пенсионеры не имели права по закону.
С. ЦОЙ: Конечно. Как только они выходили на работу, они должны были честно предоставить соответствующие данные в соответствующие органы, в которых сказать, что они выходят на работу и должны получать и зарплаты, и пенсии. Но надбавки, которые делались правительством Москвы и делаются для незащищенных слоев населения для повышения их уровня, они получать были не должны.
Из комментариев сотрудников мэрии получается, что если я не работаю, меня не должны были лишить надбавки.
Тем не менее лишили. Хотя я не работал ни одного дня – что в УСЗ и не отрицают. Стал получать надбавку только после того, как закрылось последнее место моей работы.
Либо в УСЗ темнят и лишили меня надбавки незаконно.
Либо Швецова и Цой вводят людей в заблуждение, и надбавки лишают не только работающих пенсионеров, но и за таинственное «увеличение страховой части пенсии на сумму, превышающую размер индексации».
Думаю, в любом случае надо подавать в суд.
Либо на Швецову и Цоя за то, что публично озвучивают неправду (если кто имел опыт сутяжничества, подскажите, какая статья применяется в таких случаях).
Либо на УСЗ за самоуправство.
В обоих случаях нужно получить письменное объяснение от УСЗ с обоснованием своих действий.
Но мне его выдавать отказались.
Как их заставить?
Посоветуйте, если кто имел опыт выколачивания из чиновников отказов в письменном виде.
Буду очень благодарен за совет.
В моей сегодняшней ситуации, когда ребенок болеет и не на что купить лекарства, тысяча рублей – огромные деньги.
|
|
12:41 pm
[ссылка] |
signs
Тоталитаризм подкрадывается незаметно.
Поэтапно. Шаг за шагом.
Один запрет спешить сменить другой, дав передышку в полчаса.
Яндекс закрывает раздел популярных записей в ЖЖ – единственный неподцензурный источник, из которого рядовой пользователь интернета мог узнать о беспределе власти.
Якобы в топ стали выводить за деньги, которыми не делятся с Яндексом.
Яндекс можно понять. Кому в наше меркантильное время хочется выглядеть лохом.
С другой стороны, уж больно органично вписывается запрет на правдивую информацию в общую тенденцию урезания всего неподцензурного.
Посмотрел, как реагирует ЖЖ.
Сплошной стеб. Хиханьки да хаханьки.
Действительно, зачем любителям стоять в пробках свобода.
Еще более трагично отсутствие реакции на поправки в УК, призванные избавить власть от последних конкурентов в лице воров в законе.
Криминальный мир – сакральная территория. Как любое «государство в государстве» – богема, церковь, творческая интеллигенция, сексменьшинства, диссиденты, мистики, цыгане, физики, лирики (какое-то братство наверняка упустил).
Классическое государство, заинтересованное в собственном развитии, старается сделать так, чтобы все «внутренние государства» сосуществовали в гармоническом взаимодействии.
Ограничивая аппетиты каждого (чтоб не забывались – на то оно и государство), не позволяет ни одному из них распасться, прекратить существование, уйти в небытие.
Мало-мальски вменяемая власть интуитивно понимает, что каждое сообщество вносит в общую симфонию свою мелодию свободы.
Как только государство начинает деградировать в тоталитаризм, оно берет курс на истребление «инакомыслящих», каковыми оказываются все выбивающиеся из генеральной линии.
Даже совок был вполне снисходителен к диссидентам. Гнобил в разумных пределах, сохранив своих будущих могильщиков в целости и сохранности.
Даже Сталин несмотря на все «ликвидации» не отважился покуситься на сакральные основы воровской вольницы.
По сравнению с «достижениями» режима за минувшее десятилетие весь совок с его кровавой историей выглядит детским садом.
Уничтожены все, кто мог влиять на умы. Богема, интеллигенция, люди поиска. Сведено к нулю влияние на общественную жизнь диссидентов. Церковь превратили в Черкизон.
Сопротивлялся только криминальный мир. Как ни парадоксально, зона до сих пор оставалась для государства территорией свободы и справедливости.
Русский народ относится к воровским авторитетам с пиететом, потому что в России не принято зарекаться от тюрьмы. А уж если посадили, вся надежда – на покровительство смотрящих.
Принятые поправки в УК, гарантирующие 15 лет только за один факт коронации (максимум – пожизненное), обнажают всю ущербность и закомплексованность российской государственной машины.
Наказание явно не соответствует «преступлению». Воры в законе – не убийцы. За что 15 лет? Только за то, что помогают выживать за колючей проволокой. К тем, кто выполняют гуманистическую миссию, в нормальных государствах принято относиться лояльно и с пониманием.
Тяжесть расплаты за звание воровского авторитета можно объяснить только истерикой диктаторов перед последним не сдавшимся антисистемным бастионом.
Если воры в законе в результате гонений утратят свое влияние, сотни тысяч зеков обречены остаться беззащитными перед ментовским беспределом во всей его российской красе.
Кто сидел, подтвердит. Все молитвы в ожидании этапа сводятся к одному. Не дай Бог попасть на красную зону.
Похоже, скоро все на ней окажемся – даже без всяких приговоров.
Кремлю явно не терпится превратить в красную зону всю Россию.
|
|
05:55 pm
[ссылка] |
призывы к 4 ноября
Слишком многие мои соотечественники и современники считают, что достаточно что-то «улучшить» – и русская жизнь станет земным раем.
Они радуются, когда «добро» торжествует, а «зло» наказано. Например, плохого милиционера выгоняют с работы, а хорошего награждают именными часами.
Вот пример искренней веры в волшебную силу «улучшений»:
http://www.mvdremont.ru/sign
Блажен, кто верует. Тепло ему на свете.
А что делать таким, как я, которые не верят, что в сегодняшней России можно, а главное – нужно что-то улучшать.
Продвинутые люди ставят вопрос шире. Есть ли вообще смысл тратить время на такое душеспасительное занятие, как отмывание до бела черного кобеля.
В зависимости от ответа каждый относится либо к ихним, либо к чужим.
Ихние – профессиональные оптимисты. Перед ними открывается поистине безграничный простор для повседневной кропотливой работы. Они свои на празднике жизни. Им даже предлагают влиться в президентскую команду инноваторов.
Чужие – они и есть чужие. Бурлящий вокруг праздник жизни – не для них. Наш удел – вечный нигилизм и злопыхательство.
Власть права, когда предпочитает держать чужих подальше от себя. Мы ведь не верим ни в какие инновации.
Мы вообще считаем, что нет ничего бессмысленнее, чем жаловаться советской власти на советскую власть.
Или наказывать майора Евсюкова.
Грешно наказывать людей за то, что они в рамках системы выполняют свою работу более добросовестно, чем их коллеги.
Олигарх более добросовестно не платит налоги.
Милиционер более добросовестно применяет оружие.
Продавец более добросовестно обвешивает.
Политтехнолог более добросовестно пудрит мозги.
Зато нет ничего надежнее для системы, чем люди, которые добросовестно выполняют свой долг.
Добросовестность вообще дорогого стоит, поэтому покрывает любые издержки.
Наказывая добросовестных, власть рубит сук, на котором сидит.
Не был бы я вечно чужим, то 4 ноября вышел бы на какой-нибудь патриотический марш с лозунгами:
Власть, кончай лицемерить! Отпусти всех добросовестных на свободу! В первую очередь Ходорковского и Евсюкова.
|
|
11:58 pm
[ссылка] |
eternal modernity (2)
Будущее принадлежит утопистам. Вечная современность – собственность тех, кто ее изменяет.
Единственное престижное и достойное занятие обитателей вечной современности – ускорять перемены.
Те, кто ускоряют перемены, приближают высшую стадию вечной современности – вечную актуальность, где изменения происходят так стремительно, что разум не в состоянии понять, что происходит.
Вечная актуальность организует и направляет мироустройство вечной современности в качестве идеала и эталона.
Будущее достигается с помощью интеллекта. Эрудиция (креатив) – инструмент вечной современности. Инстинкт – способ восприятия вечной актуальности.
Избавившись от будущего, мы освободили себя от диктатуры интеллекта.
Отныне все «последствия» перешли с ментально-онтологического уровня в плоскость гедонистики.
В переходный период от вечной современности к вечной актуальности любые изменения лишаются положительного или отрицательного вектора.
Синтез инстинкта и эрудиции, а тем более в отсутствии вектора, рождает актуальное сознание, которое отличается от обыденного тем, что в его оценочной функции отсутствует моральная составляющая.
Актуальное сознание оценивает происходящие вокруг изменения исключительно с точки зрения позитива и негатива, где позитив означает комфортно, круто, супер, кайфово, а негатив – отстойно и дискомфортно.
В вечной современности все изменения происходят не в результате столкновений позитива и негатива, а в виде чисто количественных увеличений (прироста, прибавления) или уменьшений (отъема, изъятия, нехватки). Кайфа много не бывает. Не многовато ли будет. Рассержусь – мало не покажется. Самому мало.
Каждое изменение проверяет нас на вшивость – насколько мгновенно мы готовы его воспринять, переварить и перейти к следующему.
Переваривая очередное изменение, каждый из нас меняется сам – подтверждая личное право пользоваться благами вечной современности.
Чем большее количество происходящих вокруг изменений «потребляет» сознание за единицу времени, тем оно актуальнее.
Для актуального сознания не существует изменения, которое оно не могло и не стремилось бы переварить.
Сознание, не способное и не жаждущее переварить хотя бы одно из происходящих изменений, называется отстойным.
Отстойность сознания манифестирует его несоответствие вечной современности и тем самым лишает отстойный экземпляр права на причастность к благам цивилизации.
Причастность к благам цивилизации выражается в первую очередь в праве на оценку чего-либо.
Отстойный экземпляр не имеет права на оценку – как и вообще права голоса.
Если у отстойного экземпляра есть трибуна для выражения своего мнения, значит, общество, в котором он обитает, ущербно, неполноценно и нелегитимно.
to be continued
|
|
02:31 am
[ссылка] |
eternal modernity
Будущее актуально только если востребовано на цивилизационно-планетарном уровне.
При отсутствии массовой востребованности оно прекращает свое существование в качестве потенциального состояния.
В будущее невозможно пролезть в одиночку или теплой компанией. Оно либо для всех, либо ни для кого.
К тому же будущее требует хотя бы минимальных жертв в настоящем.
Подсевшее на нарциссизм человечество не видит смысла испытывать дискомфорт.
Поэтому будущего больше не будет.
Отвергнув будущее, человечество оказалось в качественно новом состоянии и измерении – вечной современности.
Вечная современность проявляет себя через происходящие внутри нее и вокруг нас изменения.
Мы оказались в мире, где нет ничего кроме перемен.
Отныне существование каждого из нас зависит от вовлеченности в происходящие вокруг изменения.
Мы есть только в том случае, если меняемся вместе с окружающим миром.
Кто не меняется – того нет.
Качество и ценность тех, кто есть, определяется скоростью, с которой мы реагируем на перемены и меняемся сами.
Чем активнее кто-то опережает время, тем он современнее.
to be continued
|
|
02:33 am
[ссылка] |
paroles et paroles et paroles
Писательство, вообще литературная работа – всего лишь продуктивное использование Слова.
Кто использует Слово непродуктивно, не имеет права называться писателем, литератором, автором.
Журналистика дает возможность использовать Слово с максимальной, предельной продуктивностью.
Чем продуктивнее Слово, тем оно ближе к журналистике.
Создавать затейливые, виртуозные, безукоризненные по стилю и «интеллектуальному уровню» тексты – совсем не значит быть продуктивным.
Поэтому сегодняшняя русскоязычная литература, журналистика и прочая колумнистика и эссеистика не стоят выеденного яйца.
Тех, кто использует Слово продуктивно, можно пересчитать по пальцам.
Юлия Латынина, Божена Рынска, Виктор Пелевин.
Два журналиста и один писатель.
Больше никто не приходит в голову.
|
|
02:17 pm
[ссылка] |
griefes and sorrowes
Мои современники и соотечественники – даже вполне, казалось бы, интеллигентные люди – оказываясь в ситуации выбора, теряются и стараются как можно быстрее вернуться к привычному единообразию.
Русскую интеллигенцию успели настолько отучить от свободы, что она не переваривает ее даже в гомеопатических дозах.
Людям объявили, что отныне они могут употреблять слово кофе либо в среднем, либо в мужском роде. По желанию.
Что тут началось. Оказавшись перед угрозой «филологической оттепели», общественность растерялась, взбунтовалась и потребовала привычной диктатуры.
Недавно прочитал в ЖЖ показавшееся мне знаковым размышление о том, что появление в России правящего тандема раздражает необходимостью делать выбор между «понятным» и привычным Путиным и «мутным», бесформенным, неуловимым и неопределенным Медведевым. Следует вывод, что Путин – «лучше».
В таких размышлениях спрессована подспудная, тайная тоска интеллигенции.
Написали бы прямо, что Сталин – так вообще идеал.
Совок неистребим. Его рабская, холуйская природа особенно наглядно проявляется в панической боязни любых перемен.
Власть и без того не балует народ чем-то новеньким. Из недавних робких попыток вспоминается разве что ЕГЭ, расширение языковых норм и строительство современного небоскреба в Петербурге.
Все три нововведения общественность встретила в штыки.
ЕГЭ был призван перенастроить мышление молодежи с совкового на современный, цивилизованный дискурс.
Казалось бы, интеллигенция первой должна была бы поддержать прогрессивное начинание. Но не тут-то было. Сплошная ирония, ерничество, смакование недостатков.
С языковыми расширениями – то же самое.
Петербург как был, так и остался серым провинциальным городом – несмотря на весь свой «европейский» потенциал. Его жителям дали шанс слегка осовременить явно устаревший окружающий пейзаж, построив здание XXI века.
Куда там. Хуевенькое – зато свое, совковое.
Самое печальное, что интеллигенция выражает недовольство не внешним обликом предлагаемой башни, а в принципе выступает против изменения привычной среды обитания.
В итоге все три начинания спускают на тормозах. Точь-в-точь как все совковые оттепели и реформы.
ЕГЭ обещают «усовершенствовать». А пока избавили от него ведущие вузы.
На днях объявили, что выпускают нормативный словарь, где все останется по-старому. Кофе – только мужского рода. Несмотря на то, что эпоха политкорректности требует радикально пересмотреть родовую принадлежность многих слов.
Ну а тема башни, кажется, рассосалась сама собой из-за отсутствия финансовых возможностей.
Режим может спать спокойно. О каких, блин, россияхвперед может идти речь в стране, где интеллигенция отстойнее, чем власть.
|
|
02:02 am
[ссылка] |
туалет моего детства
Сегодня водил Илюшу в спортзал имени Воронина на стадионе «Динамо». Пока он там бесился, гулял по окрестностям. Увидел туалет своего детства.
Я жил на улице «Правды» с октября 1955 года. Первый класс и сентябрь второго проучился в 545-й школе на Дровяной площади (сейчас 600-я). К осени 1955-го комбинат «Правда» построил дом 11/13, где на одном этаже соседствовали известные политические обозреватели и простые рабочие – линотиписты, верстальщики, печатники. Отцу впервые дали отдельную двухкомнатную квартиру за номером 13 на пятом этаже в первом подъезде. До сих пор мы жили в коммуналках. 12-ю квартиру с другой стороны лестничной площадки заняла семья корреспондента «Правды» в ФРГ Владимира Михайлова. Соседняя с ними 11-я квартира была коммуналкой, где разместили две или три рабочие семьи. Нашим ближайшим соседом стал известный театральный критик Николай Абалкин. Он работал в отделе культуры «Правды». Ему досталась 14-я квартира. Мой отец работал в отделе стран народной демократии у Льва Толкунова, которому тоже дали квартиру в 6-м подъезде нашего дома.
С октября я пошел во второй класс 220-й школы. Она стояла прямо напротив дома. На уроках я все время смотрел в окно нашей квартиры в ожидании, когда там мелькнет мама, папа или домработница. Учительница то и дело делала мне замечания, чтобы я следил за происходящим в классе.
В день, когда мы переехали и расставляли мебель, я вышел во двор. Там оказалось полно моих знакомых сверстников или ребят чуть старше, с которыми мы вместе проводили лето на правдинских госдачах на станции «Правда» Ярославской железной дороги, в Серебряном бору и в Дзинтари. Все были радостно возбуждены от мысли, что теперь мы будем жить в одном доме. Тут же познакомились с местными пацанами из окрестных домов. Они сказали, что собираются на стадион «Динамо», где пленные немцы достраивают роскошный бассейн – целый дворец. Чтобы отправиться туда, нужно было немного подождать, пока немцев уведут. Время пролетело незаметно, и ближе к вечеру мы компанией человек в двадцать пошли искать приключений.
У местных пацанов было что-то вроде традиции. Перед тем, как идти на стройку, они всей кодлой заходили в туалет на Ленинградском шоссе перед будущим бассейном. Я его сегодня сфотографировал. За ним виден бассейн – к сожалению, уже бывший. В 90-е годы Лужков продал его какому-то разбогатевшему менту, и тот устроил в нем салон по продаже иномарок. При Путине клуб «Динамо» пытался его вернуть обратно, но оказалось, что вся прилегающая к стадиону территория клубу уже не принадлежит – все документы о смене собственника были составлены юридически безупречно. Рыбка плывет – назад не отдает.
Бассейн по тем временам был действительно роскошный. Когда его построили, я записался в секцию и ходил плавать. Через сколько-то лет, когда занялся фехтованием, часто участвовал в соревнованиях, которые проходили в здании бассейна. Там был специальный зал для тренировок динамовских фехтовальщиков.
Если бы Митволь действительно хотел и мог сделать что-то позитивное, то постарался бы, чтобы прекрасное, безупречное по стилю здание использовалось по назначению. Да за один интерес к проблеме бассейна префекту САО можно было бы простить все шашлычные извращения. Понятно, что никто уже ничего не отдаст, но уж коли префект так любит себя пиарить, воспользовался бы возможностью показать, что радеет об общем благе, и тем самым привлек внимание к обветшавшему и осыпающемуся памятнику архитектуры.
В день переезда на новую квартиру я с лихой детско-подростковой компанией отправился к бассейну. Первым делом мы всей гурьбой завалились в туалет. Он с тех пор так и стоит, родимый, ни капельки не изменился внешне и все так же продолжает обслуживать проходящих мимо граждан. Из служебного помещения появилась уборщица и стала ворчать, чтобы мы не мочились на пол:
– Чего вы тут забыли. Все равно на стройку идете – там бы и поссали.
Я подумал, что она права, но вскоре, походив по окружающим наш дом деревянным баракам, в которых жили мои одноклассники, и увидев, в каких условиях они живут, понял, что ритуал посещения туалета дарил пацанам, не знавшим, что такое элементарные «удобства», да еще отделанные белоснежным кафелем, возможность приобщиться к благам цивилизации. Для них поссать как белые люди было кайфом. Когда они приходили ко мне и видели, что у нас из крана течет горячая вода, то теряли дар речи.
С бараками вокруг дома связана история – одна из тех, которые впоследствии привели меня на факультет журналистики. Через несколько дней после переезда отец вернулся с какой-то правдистской тусовки, где его приятель журналист-международник «Огонька» Николай Пастухов рассказал, что в ЦК очень довольны публикацией, которую с его подачи заверстали в ближайший номер журнала. Папе, видимо, не терпелось похвастаться передо мной своей осведомленностью, и он предупредил, что фотографию нашего дома скоро напечатают в «Огоньке».
У нас в подъезде на первом этаже не было почтовых ящиков. Почту разносили по квартирам и бросали в щель двери, к которой с внутренней стороны был прикреплен ящик. Я с нетерпением ждал свежего номера «Огонька». Через пару дней утром, перед уходом в школу, я услышал, что в ящик бросили газеты. Вытащил их и побежал к отцу, который был дома. Редакция работала ночью, и отец возвращался под утро. Мы вместе стали листать «Огонек» и действительно увидели фотографию нашего дома, причем даже свой балкон и окна квартиры. Отец пробежал глазами материал и сказал: «Вот что такое настоящая журналистика. Молодец Коля».
Оказалось, что московский корреспондент какой-то английской газеты (долго помнил, но уже забыл какой именно) сфотографировал бараки вокруг нашего дома и поместил в своей газете фотографии, сопроводив их соответствующей заметкой – типа в каких ужасающих условиях живут советские люди. Бедолага не ожидал, что тем самым преподнес роскошный подарок своим советским коллегам. Как международник Пастухов специализировался на Англии (работал корреспондентом в Лондоне) и регулярно читал английскую прессу. Увидев материал, он понес его главному редактору Анатолию Софронову – маститому партийному функционеру и по совместительству известному драматургу и поэту. Они послали фотокорреспондента снять те же бараки, но уже на фоне нашего дома. В результате в «Огоньке» напечатали фрагмент полосы английской газеты с материалом про бараки и рядом – «опровержение» в виде огромной фотографии нашего 9-этажного дома. На ней он выглядел как небоскреб, у подножья которого действительно жались друг к другу несколько жалких строений с фотографии англичанина. Главной изюминкой композиции были набранные крупным шрифтом стихи самого Софронова. К сожалению, я не помню их целиком. Сначала там было про зарубежных злопыхателей, которые фотографируют помойки, а выдают за наши стройки (кстати, карикатура со ставшей хрестоматийной подписью появилась в «Крокодиле» после той публикации в «Огоньке»), а потом что-то типа вырос дом многооконный, бла-бла. А рядом с ним домишко обреченный – как знак отжившего, идущего на слом (единственная строка, которая осталась в памяти). Предварял материал небольшой врез Пастухова о том, как провалилась очередная затея очернителей советской действительности.
Бараки действительно быстро снесли, а на их месте «Правда» стала строить дом 7/9 и ведомственную поликлинику с больницей.
Посетив туалет, мы проникли на стройку. Центральная ее часть была обнесена забором и охранялась, но рядом было что-то вроде пруда. По берегам «водоема» валялся разный строительный хлам. В том числе корыта для замеса бетона. Старшие ребята сразу в них залезли и, используя в качестве весел лопаты, плавали по воде. Я последовал их примеру. Кто-то нашел карбид, бутылку и научил меня, как его взрывать. Рвануло дай боже. Из-за ограды выбежали вохровцы и сделали вид, что погнались за нами. Когда опасность миновала, мы вернулись на то же место.
Я не заметил, как наступила ночь. На Ленинградском шоссе горело несколько фонарей, оно было абсолютно пусто. Ни машин, ни пешеходов. Из моих соседей по дому со мной оставался только мой будущий одноклассник Димка Куликов из второй квартиры. Она располагалась на втором этаже нашего подъезда и была большой коммуналкой. В ней жило пять семей. Через какое-то время ее расселили и переделали под второй этаж детского сада, куда ходил мой друг Коля Троицкий, он же ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) _kutuzov. Так что теоретически мы могли познакомиться не в середине 90-х в «Мегаполисе», а гораздо раньше. Впрочем, когда ему было пять лет, я уже, наверное, обжимал девушек по подъездам.
Все остальные ребята с нашего двора, кроме Димки, разошлись по домам. Старшие пацаны из бараков тоже решили, что пора закругляться. Я ускорял шаг и понимал, что сейчас мне достанется.
Поскольку я был с головы до ног в грязи, мать сухо приказала мне раздеться до гола и лезть в ванну. На часах было два ночи, а мне было восемь лет. Когда я включил кран, мама вошла в ванну с ремнем и несколько раз ощутимо меня хлестанула. Отец был на работе. Насколько я помню, за ремень мать взялась первый и последний раз в жизни. Папа вообще меня ни разу пальцем не тронул.
Походы на стройку бассейна «Динамо» продолжались до тех пор, пока его не достроили. После чего пруд осушили, территорию благоустроили. Впрочем, в нашем районе мест, где можно было найти на свою голову приключений, хватало. Наученный горьким опытом, я старался не терять голову и следить за временем.
Главной же достопримечательностью территории возле туалета, который я сегодня сфотографировал, был двух- или трехэтажный особняк из красного кирпича в виде небольшого средневекового замка. Если смотреть со стороны проспекта, он стоял прямо за туалетом, справа от бассейна. Никто из моих собеседников не знал его истории. Подойти же к домику, постучаться и поговорить с его обитателями, как я поступил бы сейчас, мне, второкласснику, как-то не пришло в голову. Позже я привык к особняку как к неотъемлемой части местного пейзажа, моя голова наполнилась другими мальчишескими заботами, и многие вопросы отпали сами собой. Во втором классе я, конечно, ничего не понимал в архитектуре. Сегодня, вспоминая чудо-домик, думаю, что его построили на рубеже веков – стиль модерн не спутаешь ни с каким другим.
Однажды, когда мы с отцом проезжали мимо необычного особняка, папа сказал, что его история связана с карандашным производством в России. Якобы его построил кто-то из потомков карандашного короля Фабера как свою резиденцию в Москве, где его фирма строила карандашную фабрику. Впрочем, папа предупредил, что рассказывает со слов кого-то из знакомых журналистов.
С тех пор я безуспешно расспрашивал о пряничном домике своего детства многих знатоков старинной Москвы. Ни один не смог удовлетворить моего любопытства. Удивляло не то, что его снесли (эка невидаль – на моих глазах стирали с лица земли целые кварталы и улицы), а то, что никто из специалистов даже не помнит такого памятника архитектуры. Может, где-то в архивах и сохранились его изображения, но я не вижу смысла тратить время на их поиски. Пусть домик останется в моем беззаботном детстве как одна их его тайн.
Домик исчез сразу после фестиваля 1957 года. В то лето мы жили в Серебряном Бору, и я на 20-м троллейбусе каждый день ездил в разные места, чтобы смотреть на иностранцев. На повороте с Беговой на Ленинградское шоссе я несколько секунд любовался сказочным замком на противоположной стороне. В начале 60-х его уже не было.
Сегодня я сделал небольшое открытие. Отправил Илюшу домой с соседкой на ее машине. Она привела в спортзал своего сына, ровесника Илюши. А сам поехал на велосипеде от «Динамо» по Ленинградке к себе на «Аэропорт». Когда проезжал мимо отреставрированного путевого дворца, вспомнил о домике. Тут меня осенило. Представил Петровский парк, когда еще не было стадиона «Динамо». Дворец. Вокруг лес. И домик. С одной стороны лесного массива дворец. С другой – домик. Конечно же, архитектор должен был спроектировать особняк так, чтобы тот гармонировал с дворцом. Чего и добился.
Я остановился и сфотографировал дворец. Пока он не засверкал после реставрации, а темным мрачным пятном сливался с серым бетоном стадиона – был его продолжением, мне не приходило в голову связать дворец с домиком-замком. Сегодня я понял, что обе постройки – масштабная и миниатюрная – когда-то задумывались как одно целое. Неспроста домик построили из точно такого же красного кирпича, что и дворец.
Конечно, домик жалко. Зато туалет уцелел. Видимо, пока руки не дошли. Кстати, тоже памятник архитектуры. Общественных туалетов такой архитектуры в Москве больше не осталось. Не сомневаюсь, что и его рано или поздно снесут.
И кричит о чем-то звонко кривоногая девчонка из безоблачного детства моего.
|
|
03:37 am
[ссылка] |
elections
Если Кремль подтасовал итоги голосования, то его политтехнологи напрасно тратили силы, а бухгалтерия средства. Результат был бы тем же самым и без всякой фальсификации.
В России 70% латентных сталинистов, которые в любом случае проголосовали бы за ЕР. И 20% сталинистов активных, воинствующих, всегда голосующих за коммунистов.
Так что итоги выборов на редкость точно отражают ментальное соотношение.
Остальные партии в условиях кризиса и культа личностей не представляют для электората ровным счетом никакого интереса.
Жириновский был актуален в атмосфере агитационной эйфории, когда соловьи перестройки напропалую состязались в ораторском мастерстве. Когда ораторам заткнули рты, Вольфович перестал быть нужен даже Кремлю, который его, как и остальных лишних людей, элементарно кинул. Утром в понедельник потерянный, потухший Вольфович вызывал сострадание. Он явно не ожидал. Ведь ЛДПР для прохождения барьера всегда что-то набавляли, а тут взяли и пустили на самотек. Жаль. Если бы меня силой привели на избирательный участок, я бы проголосовал за него. Жирик – единственный во власти, кто напоминает о лихих 90-х.
Коммунистов пропустили, потому что несколько голосов ничего не решают, а ссориться со сталинистами неразумно. Их слишком много и к тому же они всегда за сильную руку. Поэтому ЕР рассматривает их как потенциальный электорат.
Остальным «партиям» в сегодняшних Думах делать абсолютно нечего. Когда кто-то из оказавшейся за бортом «оппозиции» плачется, что хотел изменить жизнь к лучшему, а ему не позволили, лишив общественной трибуны, то он, конечно, лукавит. Ежу понятно, что, протирая штаны в подкремлевской Думе, ничего, кроме собственного достатка «изменить» невозможно.
Поэтому скорбят в основном из-за того, что не подпустили к столу, за которым что-то пилят.
Собственно, с какой стати подпускать, если объемы того, что пилят, сократились в разы.
Как там у классика. Мы приехали вводить во владение сего имения нового барина, а иных прочих просим убираться подобру-поздорову.
Надо отдать должное Суркову – он придумал партию, которая идеально заточена под совковый менталитет, поэтому имеет неплохой временной задел.
Напрасно говорят, что у ЕР в отличие от КПСС нет идеологии. Очень даже есть. Причем идеология ЕР точно соответствует сегодняшним чаяниям подавляющего большинства.
ЕР попала в десятку, делая ставку на отсутствие перемен.
Латентный сталинист смертельно боится лишиться иллюзии стабильности.
Неспроста совки любят Сталина больше, чем Ленина. Мы говорим Сталин – подразумеваем стабильность.
Недаром мантра лишь бы не было войны стала краеугольным камнем брежневской пропаганды.
Мы в Кремле, может, далеко не святые, да и вообще у нас еще слишком много отдельных недостатков – зато партия и правительство работают не покладая рук ради того, чтобы не было войны. И пока мы в Кремле, советские люди могут спать спокойно.
Сегодняшних латентных сталинистов зомбируют стабильностью. Мы в Кремле далеко не святые, да и вообще ничего не делаем, а только создаем видимость – зато пока мы в Кремле, никаких перемен не будет. Потому что любые перемены в России – всегда к худшему. Поэтому если в Кремле будем не мы, то перемены гарантированы.
Действеннее мантры для совков не придумаешь.
Не удивительно, что она работает.
Правда, тот, кто придумал вернуть Россию в совок с его однопартийной системой, сильно рискует. Потому что слабое место совка и вообще однопартийных систем в том, что если перемены все же начинаются, то при первом же робком дуновении свежего воздуха вся конструкция рушится как карточный домик.
Однако на кремлевском суку тоже не дураки сидят, чтобы его под собой рубить. Понимают, что в наведении тени на плетень есть опасность перегнуть палку. Поэтому стараются каждый призыв к демократии подкреплять очередным усилением руководящей роли ЕР. Очередной пример – итоги минувших выборов.
К счастью для любителей разных свобод, перемены происходят с неизбежностью смены дня и ночи. Причем в человеческих силах отсрочить их по времени, но отменить – нереально.
Уж если вернулись в совок, то не стоит забывать о его участи – конечно, с поправкой на день сегодняшний.
Как известно, разложение системы происходит одновременно с увеличением количества диссидентов. Чем больше инакомыслящих, тем меньше времени остается системе.
Причем диссидентам даже ничего не надо делать – просто молоть друг с другом языком на разные антисистемные темы и тем самым посылать в сторону регулятора негативные импульсы.
Остальное, как говорил другой классик, уже современный, само упадет.
Феномен инакомыслия свойственен любой системе. Пока нонконформистов немного, они безопасны. Однако появление критической массы диссидентов означает, что отсчет пошел, количество несогласных будет расти несмотря ни на какие репрессии, и ничто и никто уже не в силах остановить деструктивные тенденции.
Не удивительно, что постсовковая демократия в России продержалась всего лет десять. На какой иной исход можно было рассчитывать, если 90% населения бывшего СССР ненавидело свободу.
В СССР критическая масса инакомыслящих образовалась в 1958 году (всемирный фестиваль молодежи, начало хрущевской оттепели, появление воинствующих стиляг и тунеядцев и первых объединений представителей неофициального искусства), когда либеральная интеллигенция начала всерьез, осмысленно, согласованно раскачивать совковую лодку.
То, что совок стремительно приближается к своему краху, стало понятно к началу 80-х – в последние годы правления Брежнева (в коллективном бессознательном власть коммунистов перестала восприниматься всерьез).
Однако фактические доказательства необратимости распада проявились в 1986 году (Чернобыль, освобождение Сахарова, гласность, начало идеологической реформы Яковлева, чьих противников клеймили как неосталинистов и красно-коричневых, усиление влияния «криминалитета», отмена цензуры, разложение МВД и КГБ, национал-сепаратистские восстания).
Окончательно совок перестал быть препятствием на пути перемен всего через 4 года – в 1989 году (выборы народных депутатов на альтернативной основе, начало восхождения Ельцина, первые независимые СМИ, вывод войск из Афганистана, войны на окраинах, конец монополии комсомола, антипартийные демарши в соцстранах, расстрел Чаушеску).
В 1993-м совершили уже чисто символический ритуал – расстреляли остатки совка из танков.
Гнилое дыхание совка снова стало отчетливо ощущаться в 2001 году. Началась его реальная реставрация (выбор идеологии Суркова в качестве руководства к действию, начало строительства вертикали власти, первые попытки ограничить суверенитет республик РСФСР и свободу слова, смена собственника НТВ, травля и отъезд главного политконструктора Березовского).
В 2003-м триумфальное шествие совка уже ничто не могло остановить (культ личности Путина, начало перехода к диктатуре Единой России, арест Ходорковского, в следующем году отставка Касьянова и второй президентский срок).
Если считать точкой отсчета краха совка 1958 год, когда образовалась критическая масса инакомыслящих, то в современной системе координат 1958 году соответствует год 2001-й.
В 2001 году, когда началась неприкрытая реставрация совка, в России была та же критическая масса диссидентов (речь не о количестве, а скорее об удельном весе), что и в 1958-м.
Поэтому есть все основания считать точкой отсчета 2001 год.
Считаем. 1986 минус 1958 равняется 28. Столько лет понадобилось, чтобы вывести распад совка на финишную прямую.
1989 минус 1958 равняется 31 год. За такой срок его похоронили.
В общем лет за 30.
В XXI веке время мчится с ускорением, о котором не мог мечтать даже М.С. Горбачев. Год идет за два и даже за три.
30 лет по старому исчислению в пересчете на новое равняется 10-15 годам.
В среднем 12.
2001 плюс 12 равняется 2013-й год.
Ну там плюс-минус.
Так что осталось всего ничего.
Поскольку до 2013 года (опять же плюс-минус) оппозиционерам, не допущенным к думскому пирогу, ничего не светит, для них целесообразнее всего было бы переждать оставшееся время в эмиграции – если нет возможности отправиться во внешнюю, можно ограничиться внутренней, виртуальной – как ваш покорный слуга. До тех пор, пока не начнется. После чего брать пример с Лукича, который, узнав, что в России началось, закричал Наденьке: «Так чего же, черт подери, мы ждем! Нужно срочно туда ехать!»
P.S. На вопрос, что будет после 2013 года, ваш покорный слуга отвечает словами мудрого филина из анекдота: «Ребята, вы меня ерундой не грузите. Я стратегией занимаюсь».
|
|
07:38 pm
[ссылка] |
advices, или Четыре шага к свободе
Россия могла бы резко свернуть с дороги в никуда, совершить цивилизационный прорыв всемирного масштаба, занять лидирующее место в современном мире, стать примером и образцом для подражания и указать всем государствам путь к свободе и процветанию, ДЛЯ НАЧАЛА совершив всего четыре Поступка.
1. Вернуть Японии ее территории.
2. Реабилитировать всех, кто боролся против сталинской диктатуры – начиная с генерала Власова. Приравнять советских диссидентов к ветеранам ВОВ.
3. Снять все ограничения для сексуальных меньшинств, легализовав однополые браки.
4. Легализовать легкие наркотики.
После чего все остальное легко и непринужденно заработает в автоматическом режиме.
|
[<< Previous 20 entries] |
